Двор

Jul. 17th, 2011 04:51 pm
tin_tin: (Default)
[personal profile] tin_tin
Если смотреть с нашей веранды, двор похож на русское «Т», поставленное вверх ногами. Длинная часть образована маленькими домиками, а заканчивается тупиком, где растет акация, цветущая розовыми пушистыми шариками, и домом тети Меги. Тетя Меги ходит в морской форме с погонами – она преподает химию в мореходке, и похожа на толстого капитана.
Маленькие домики на лето сдаются приезжим – это такие особенные люди, которые наводняют наш город с наступлением купального сезона, они меняются так часто и так мало бывают в своих временных пристанищах, что запомнить их невозможно.
С правой стороны – затейливое скопище строений, в которое даже в самый жаркий день не проникает солнце, пахнет сыростью и куда я попадала только считанные разы – во время игры в прятки. В один прекрасный день туда заселилась очередная приезжая – ее звали Таня.
Она ходила в ярких летучих сарафанах, соломенной шляпке и деревянных сабо, была ровного румяного цвета, курносая и кудрявая.
Появлялась она под вечер, когда наши игры были в самом разгаре, исчезала в арке, покачиваясь всем телом, оставляя после себя шлейф волнующего запаха.
Как-то раз она вышла, вернулась через пару минут, постояла и подошла к нам.
- А возьмите меня, - попросила она, и мы обладело пустили ее играть с нами «морскую фигуру». Таня двигалась так смело, изгибалась так виртуозно, что мы с восторгом отдали ей победу во всех турах.
- В «мяч в кругу» умеете играть? – замирая от желания задержать ее с нами подольше, спросила я.
- Как ты хорошо по-русски говоришь, - похвалила Таня, - а что за игра?
Мы наперебой объяснили.
- А, так это круговая лапта называется, - догадалась Таня. – Я ж на каблуках… А вот так?
И скинула сабо, без малейшей заминки встав нежными ступнями на наш бугристый асфальт.
Соседи повысовывали головы и с неодобрением наблюдали, как упоенно носится с нами Таня, задирая летучий сарафан до круглых коленок, как ловко взмывает за мячом, как по-мальчишески садится на корточки, уворачиваясь от ударов.
Сумерки сгустились незаметно, небо над городом окрасилось в безумные краски – такого цвета было и Танино платье.
- Вы домой пойдете или нет? – сварливо закричала тетя Соня. – Сколько можно орать под окнами, сегодня вы что-то разошлись.
Таня хихикнула точь-в-точь как мы, гурьбой сбившиеся вокруг нее.
- Вот злючка, - тихо сказала она, и мы восторженно заревели.
- Завтра приходите ко мне, ладно? – предложила Таня, и стала мыть ноги под дворовым краном, оголив их до самых бедер.
- Это что за девица с вами носилась? – спросила бабушка.
- Ой, она такая классная, - завывая от возбуждения, я рассказала про завтра.
Бабушка хмыкнула.
- Ноги красивые, - сказала она, глядя во двор.

Таня дала нам пластилин.
Ее комнату можно было рассматривать, как музей: над кроватью висели две скрещенные шпаги и американский флаг. На кровати лежала гитара, платья клубились разноцветной кучей на полке распахнутого шкафа, на крохотной тумбочке блестела гора флакончиков.
Мы зачарованно смотрели на Танины пальцы с алыми ногтями: из бесформенного кома пластилина они мелкими аккуратными движениями создавали чье-то лицо.
- Мефистофель, - кратко объяснила Таня, показывая нам окончательный результат. Дети растерянно промолчали, мне же лицо напомнило посмертную маску Бетховена.
Наши корявые цветочки и корзинки удостоились высочайших похвал, но были снова превращены в исходный рабочий ком.
- Вот это надо мазать на веки, - показывала Таня флакончик с кисточкой обсадившим ее девочкам. Мы, не дыша, смотрели, как она проводит ровную линию над ресницами. Таня пальцами растушевывала тени, густо взбивала загнутые ресницы, хлопала пальцем по губам, разминая алое.
- Я всегда все пальцами делаю, я же художница, - она так разговаривала с нами, как будто мы что-то соображали.
- А давай я тебя накрашу, - повернулась она к Венере. Та замерла под Таниными пальцами, открыв рот. Мы потеряли дар речи от зависти.
- Тебе надо будет усики выщипывать, когда подрастешь, - прищурив глаз, оценивала Таня свою работу, поворачивая обессиленное лицо Венеры в разные стороны.
- Люблю красивых людей, - наклонив голову, объясняла она, - что еще в жизни можно любить?
Венера перед нашими глазами превращалась из пухловатой сутулой верзилы в чужую прищуренную женщину.
- Ну и как вам? – нас можно было не спрашивать.
Нам нравилось все – сладковатый запах духов, ее удивительная комната, ее тюленья грация, ее гладкая темно-розовая кожа и потрескавшаяся помада на вывернутых губах. Мы были ее рабами, жрицами ее храма, подметателями ее следов.
- Кто следующий? – весело спросила Таня, держа в руке кисточку.
- Вы чем тут занимаетесь?- наш цветник смяло жестким голосом соседки Натэлы. – А ну-ка быстро по домам, чтобы духу вашего тут не было!
Мы испарились, и шли домой с чувством легкого опьянения – как будто сделали что-то непристойное.
- На что это похоже, - обсуждали соседи вечером квартирантку, - ладно неделя, две недели, но она уже месяц тут живет!
- Люди, вы где-нибудь видели закон, по которому квартиру нельзя снимать больше чем на две недели? - спросил с балкона Тамаз.
- Между прочим, твоя дочь тоже у нее сидела, куда ты смотрел! Чему она может наших детей научить! – задрала голову Динара. – Я свою Венеру сначала отдубасила, потом отмыла, потом еще раз отдубасила. Пришла размалеванная!!
- Человек приехал отдыхать, - попробовал отбиться Тамаз.
- Знаем мы этот отдых - уходит одна полуголая, приходит под утро каждый раз с новым кавалером, - ядовито прогудела Натела. – А может, ты и сам к ней не прочь клинья подбить?!
- Натэла, нарываешься! – рассвирепела Шура, жена Тамаза. – Это квартирантка моей матери, куда она ее выкинет, интересно?
- А что, мало желающих? – удивилась Натэла. – Я тебе в тот же день найду новых, и не каких-нибудь шалав, а приличных людей!

Таня исчезла, не попрощавшись. В ее комнату заселились какие-то белобрысые люди, уходившие с утра на море и приходившие с ожогами.
Мы забыли о ней быстро.
В кафе-близнецах на бульваре давали самое вкусное мороженое в металлических креманках на черной ножке: они запотевали, мороженое оттаивало по краям, можно было его брать ложечкой - и твердого и жидкого, смешивать во рту, и щуриться от ветра, дувшего с вечернего моря.
- Смотри – это не та девица, что с вами бегала? – толкнула меня бабушка.
В кафе-близнеце напротив за столиком сидела Таня. Она была в джинсах, вышитой распашонке и соломенной шляпе с твердой тульей, сидела, задрав ноги на соседний стул, и смотрела на море. Ее алый рот был печален, плечи свисали, как у спящей.
Время от времени к ней подходили нескончаемые молодые люди и, наклонясь, что-то ворковали, - она смотрела снизу беззащитно, отрицательно качала головой, и даже отталкивала их рукой.
- Пошли фонтаны смотреть, - решили мы и поднялись, и я напоследок оглянулась.
Таня брела к морю, покачиваясь, ее поддерживал кто-то особенно настырный.
Музыку и брызги с танцующих фонтанов ветер развеивал по пути к морю над головами отдыхающих.

Profile

tin_tin: (Default)
tin_tin

February 2013

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
2425262728  

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jun. 23rd, 2017 03:23 am
Powered by Dreamwidth Studios